Category: архитектура

Category was added automatically. Read all entries about "архитектура".

Под солнцем коронавируса. "Музей" Юлии Вертелы

- Национальное спасение от холода - ватник и водка. Их можно совмещать. А можно применять по отдельности.
- Лежать в ватнике на изящном диване девятнадцатого века - изысканное удовольствие. Тепло и исторично, - Костик блаженно потягивал настойку, глядя на Лизу. - Вроде ты и быдло, а вроде - часть интеллигенции. В одной руке журнал «Колокол», в другой - рюмашка. В музее можно совмещать несовместимое. Дворянские вещицы и вещи тех, кто расстреливал дворян в семнадцатом году. Всё рядом, под одним стеклом.

Ю. Вертела, «Музей»




Этим летом под солнцем коронавируса вышел роман «Музей» современной петербургской писательницы Юлии Вертелы. Вышел как электронная книга в издательстве EKSMO-DigitaL, потому что магазины с бумажными изданиями на тот момент были повсеместно закрыты.Collapse )
promo dharma_ser april 20, 2019 10:54 Leave a comment
Buy for 10 tokens
Краткая видеоверсия выступления автора в Институте Петербурга на XXV открытых слушаниях В 2011 году Государственный музей-заповедник «Павловск», как и ряд других музеев издающий полный каталог своих коллекций, опубликовал выпуск, посвященный архитектурной графике конца XVIII -…

Конюшенная улица. Часть 1. Большие каменные конюшни

С чего начать рассказ о Конюшенной улице? Казалось бы, с Больших каменных конюшен, давших ей современное название. Мы уже говорили об этом здании во время прогулки по Садовой улице и будем, конечно же, говорить еще, но все-таки первой постройкой на современной Конюшенной улице, до наших дней, к сожалению, не дошедшей, пожалуй, были не Конюшни, а Трактир, стоявший там, где сейчас находится кафе «Отдых».
Напомним, что Трактир этот был выстроен в 1785 году, был он каменным, и его первым содержателем значился француз Михаил Готье.
 В том же 1785 году начали строить Большие каменные конюшни, и продолжалось это семь лет, что не удивительно для того времени, учитывая масштабы здания. По замыслу архитектора, спланировавшего предместье, Конюшни должны были находиться на большой городской площади, и улица, отходившая от этой площади, первоначально была проложена по оси здания Конюшен. Шла эта улица по границе только начинавшего застраиваться села Павловского, при этом сторона слева была разбита на обывательские участки, а справа тянулся вал, за которым находился ров. Так что, скорее всего, называлась эта улица улицей «По валу».
Согласном другому замыслу, по всей видимости, исходившему от владельцев Павловского села, на строящееся здание Конюшен был сориентирован один из лучей создававшейся одновременно Большой звезды - современная Водопроводная аллея, которая в те годы носила название Проспект к Конюшне.
Collapse )

Василий Иванович Вуич и его дом в Царском Селе. Часть 2

Начало

2.

Далее перейдем к царскосельской усадьбе В. И. Вуича. Он приобрел ее в 1886 году у знаменитого русского адвоката Федора Никифоровича Плевако (1842-1908)[1]. Усадьба эта представляла собой «дом каменный с мезонином, деревянный флигель, службы и сад».
«Каменный дом с мезонином», выходивший фасадами на Среднюю и Церковную улицы, известен ныне под именем дома Теппера де Фергюссона, деревянный флигель и службы находились сразу за ним, а далее по Церковной улице вплоть до Малой улицы тянулся большой сад (Илл. 2)[2].


Илл. 2. Место в городе Царском селе 1-й части 1-го квартала на углах Средней, Церковной и Малой улиц под № 21, принадлежащее присяжному поверенном Федор Никифоровичу Плевако. 1880 (?) год [РГИА. Ф. 485. Оп. 3. Д. 704. Л. 3]


Collapse )

Эмиль Вунукайнен о колонии Этюп

 Война очень много изменила в природе. Стёрла с лица земли города, сёла и деревни, перепахала снарядами и авиабомбами поля, уничтожила большую часть жителей. Спустя годы после войны пришли другие люди, построили новые города, сёла и деревни, честь и хвала им за то, что некоторые названия населённых пунктов они оставили старыми. Новые люди обработали израненные войной поля, посадили сады и деревья. Теперь всё это смотрится по-иному: где намного лучше, учитывая возможности и стиль времени, а где и хуже, чем было.
  Немецкая колония Этюп, уютно примкнувшая к Павловскому парку, стояла на этом месте со времён императрицы Марии Фёдоровны, к ней от железных ворот парка вела прямая, как стрела, просека Ям-Ижорской дороги, некогда прорубленной через лес, где ещё вплоть до самой Великой Отечественной войны росли корабельные сосны и могучие ели. Теперь от этого строевого леса встречаются лишь одинокие экземпляры, а вокруг них за сорок послевоенных лет буйно поднялся новый подлесок.

1.jpg
Железные, они же Этюпские, они же Старо-Константиновские ворота

   Рядом с просекой, отделённая канавой, тянулась ровная, как городской тротуар, пешеходная дорожка, обсаженная клёнами и липами.

  Справа от железных ворот виднелось низкое и длинное из красного кирпича здание прачечной, а за ним вплоть до самой улицы Революции стояли бревенчатые двухэтажные особняки, занимаемые детдомовцами.
Collapse )

Павловск. Госпитальная улица. Часть XIII. Четная сторона. От лютеранской церкви до Широкой улицы

Collapse )

Ю. М. Фельтен. Лютеранская кирха в Павловске. Фиксационный чертеж. 1797

Последний участок нечетной стороны Госпитальной улицы, по которому нам остается пройти, начинается от Медвежьего переулка. Этот переулок впервые появляется на плане Павловского имения 1791 года, где идет от оврага, впадающего в речную долину у Славянки и Тызвы.

При этом пространство от Медвежьего переулка до Широкой (ныне Елизаветинской) улицы было поделено на 4 участка. В отличие от рассмотренных ранее участков по Госпитальной улице тыльная сторона этих участков также выходила на улицу, которую называли Средней. Сейчас этой улицы больше нет, это просто аллея, обсаженная березами, прерывающаяся зданием Администрации.
Collapse )

Антонио Порта - забытый архитектор Павловска и Петербурга?


Краткая видеоверсия выступления автора в Институте Петербурга на XXV открытых слушаниях

В 2011 году Государственный музей-заповедник «Павловск», как и ряд других музеев издающий полный каталог своих коллекций, опубликовал выпуск, посвященный архитектурной графике конца XVIII - начала XIX века  [1].
Просматривая данный выпуск, я обратил внимание на то, что чертежи Больших каменных конюшен в Павловске автор выпуска О. И. Ламеко поместила в раздел работ неизвестных архитекторов. Излагая историю прежней атрибуции, исследовательница сообщает, что «в 1924 г. В. Н. Талепоровский причислил чертеж к выполненным в мастерской Ч. Камерона, в монографии 1939 г. - не включил ни в один из разделов каталога. В инвентарные книги 1938 и 1956 гг. проект был внесен без указания автора. В послевоенные годы Н. И. Громова на основании переписки хозяев Павловска с управляющим К. И. Кюхельбекером, предположила, что в строительстве конюшен последовательно принимали участие Ч. Камерон и В. Бренна» [1, с. 113].Collapse )

Забытые первые архитекторы Павловского села (П. Ю. Патон, А. Ринальди, Ю. М. Фельтен)_Часть I

Первый историк Павловска М. И. Семевский (1837-1892) полагал, что первым архитектором Павловского села являлся Чарлз Камерон: «Великая княгиня, приступив к созданию с. Павловского, избрала для постройки увеселительного домика Паульлуст - Павлова утеха - место близ ныне занимаемого Большим дворцом. Другая дача строилась на месте старых шведских укреплений, названном Мариенталь: Мариина долина. Строителем обоих зданий был Камерон, знаменитый зодчий Екатерининского века» [1].


Мариенталь. Рисунок на Генеральном плане увеселительных домов Паульлуста и Мариенталя с окружающим местоположением в длину на две с половиною, а в ширину на одну версту. Снят геометрически 1779 года

Collapse )

ПЕРВЫЕ ДВОРЦЫ АЛЕКСАНДРА

После рождения великие князья Александр (1777), а за ним Константин (1779) жили там же, где их родители и бабушка-императрица - в Зимнем дворце в Петербурге, летом - в Екатерининском дворце Царского Села, в июле - в Петергофе, куда перебирался двор. Вопреки распространенному мнению, дети пребывали в одном доме с родителями и встречались довольно часто, не так, как Екатерина с Павлом, изолированным от матери в первые годы жизни. Единственная разлука случилась в 1781-1782 годах, когда Павел Петрович и Мария Фёдоровна отправились в большое заграничное путешествие. Оно длилось более года, и детей, естественно, с собой не взяли. Во время этой поездки бабушка написала для Александра «Сказку о царевиче Хлоре», чей отец царь-батюшка отправился на войну, а матушка-царица последовала за ним, чтобы поддерживать мужа. Александру шел тогда пятый год. Хлор остался с няньками и был похищен киргизским ханом. Хан отправляет царевича, славившегося необычным ребёнком, на поиски совершенной добродетели, воплощением которой является роза без шипов. В этих исканиях царевичу помогает дочь хана Фелица, с которой позднее Державин отождествил Екатерину.
Но родители Александра вернулись, и всё продолжилось своим чередом.
В 1780-е годы отец с матерью расставались с детьми ненадолго, отлучаясь на несколько дней в Павловск или в Гатчину (подаренную Павлу Петровичу в 1783 году после рождения первой дочери - Александры) или проводя там небольшой «отпуск». Дети оставались в Царском Селе, но изредка навещали родителей.
Только с 1790 года Павел Петрович и Мария Федоровна живут в Павловске и Гатчине все лето и даже часть осени. Причём большую часть времени в Павловске, чтобы быть ближе к императрице (с 1783 года два дня в неделю Павел как штык присутствовал при чтении депеш - из России и иностранных, к этому добавляются воскресные службы и праздники - церковные и семейные, где семья также объединялась).
Примерно в это же время (1789-1791) между Царским Селом и Павловском появляется так называемая Дача великих князей (позднее - Александрова дача) - своеобразный транзитный пункт, привязанный к даче Н. И. Салтыкова, воспитателя Александра и Константина. Но это - отдельная история. Кстати сказать, аналогичная сплотка «дача великих князей»-«дача Салтыкова» наблюдается в это же время на Петергофской дороге.
А далее Александру настала пора жениться. В 1793 году Екатерина II выписывает из-за границы двух баденских принцесс, Елизавету и Фридерику, первая из которых становится супругой Александра. Для молодой семьи нужен дом, и в Царском Селе его загодя начинают строить - в 1792 году - Александровский дворец. Однако строительство - дело долгое, и супруги начали жить во дворце только с лета 1796 года. Продолжалось это недолго, потому что в ноябре умерла Екатерина II, а Павел I Царское Село, как известно, не любил и забросил.
Зато оживает Павловск. В 1797 году значительно расширяется Большой Павловский дворец (до его нынешних размеров, чтобы вместить детей хозяев и часть придворных, ранее размещавшихся в Царском Селе), рядом с Большим дворцом одновременно строится дворец для «семейных» великих князей Александра и Константина, получивший название Александровского. Местоположение дворца показано на плане 1799 года (треугольник с перекладиной посредине):


1 - Александровский дворец, 2 - Театр (сейчас там памятник Марии Федоровне, а в память о Театре сохранились Театральные ворота в парк), 3 - Вольер, 4 - Большой дворец, 5 - площадь Пяти углов, 6 - улица Под Дубками (сейчас присоединенная к улице Красного Курсанта), 7 - Зверинецкая улица.

Фасад дворца, зафиксированный в альбоме, кажется, 1799 года, выглядел первоначально вот так (см. Н. И. Громова. Несохранившиеся в настоящее время постройки и парковые сооружения Павловска // В кн. Павловск. Императорский дворец: Страницы истории. Т. II. Павловский парк. - СПб.: Арт-Палас, 2005. - С. 203.):



Авторство приписывается В. Бренне, но документальных подтверждений этому нет. Строил его, по всей вероятности, павловский городской архитектор П. Шретер, руководивший в те годы и другими работами.
Как многие постройки того времени, дворец был деревянным и оштукатуренным снаружи. В начале XIX века, когда штукатурка стала осыпаться, её заменили дощатой обшивкой. Декор фасадов при этом несколько изменился.
В 1825 году участок, на котором находился дворец, объединяется с парком, дорога на Фёдоровское (Садовая улица) в этой части перекрывается, и приходится объезжать квартал:



Обозначения те же, что и на предыдущем плане, виден садик перед «садовым» фасадом. Если увеличить подпись, то можно увидеть, что дворец уже «НИ.» - «Николаевский». На этот период известна литография с изображением садового фасада, обращённого в сторону Вольера и Театра (см. Б. В. Януш. Неизвестный Павловск. Историко-краеведческий очерк. Часть 1. - СПб.: Континент, 1997. - С. 122):



В этой же книге сказано, что

«После 1801 года Александровский дворец, потеряв свое значение, использовался для проживания гостей хозяйки Павловска, а ряд помещений сдавался на лето дачникам. В 1817 году в летнее время в Александровском дворце, вероятно, жил поэт Василий Андреевич Жуковский, здесь у него неоднократно бывали А. С. Пушкин, Н. М. Карамзин, А. И. Тургенев. Последний в письме П. А. Вяземскому описывал одну из таких поездок, состоявшуюся 26 августа 1819 года: "Из Царского Села вез я ночью в Павловское Пушкина. Мы разбудили Жуковского, Пушкин начал представлять обезьяну и собачью комедию и тешил нас до двух часов утра. Потом принялись мы читать новую литургию Жуковского... Дорогой из Царского Села в Павловск писал он (Пушкин. - Авт.) послание о Жуковском к Павловским фрейлинам, но еще не кончил... Он читал нам пятую песню своей поэмы ("Руслан и Людмила". - Авт.), в деревне сочиненную."» (Б. В. Януш, с. 123).

В свою очередь и Мария Федоровна любила понянчить внуков. Это с ее подачи В. А. Жуковский (с 1815 года служивший при ее дворе) становится воспитателем Александра Николаевича, будущего императора Александра II. Маленький домик, отраженный чуть ниже Александровского (Николаевского) дворца на плане 1825 года, иногда называли «Домом наследника престола», а на одном из его видов просматривается вензель брата - «КН» (Константин Николаевич) - будущего владельца Павловска.
Вот изображение этого дома из книги Б. В. Януша (стр. 86) c акварели В. Садовникова:



Справа от домика (крыша к крыше) просматривается угол навеса над левым крыльцом садового фасада Александровского дворца.
В последующие 1830-е-1840-е годы (после смерти Марии Федоровны, когда Павловск находился во владении ее младшего сына Михаила Павловича) помещения дворца сдавались на лето внаем. По данным Б. В. Януша, «там жили: княгиня Трубецкая, графиня Соллогуб, генерал-майоры Толстой и Хитрово, а также другие военные и сановники» (Там же, с. 123).
В 1849 году, когда не стало Михаила Павловича, Павловское имение перешло в другую ветвь рода - к тому самому Константину Николаевичу. Вдова Михаила Елена Павловна съехала из Павловска не сразу. А когда Константин Николаевич начал наводить порядок, выяснилось, что интересующий нас дворец сильно обветшал и требовал капитального ремонта. Средств для этого не было, и потому дворец разобрали в 1851 году. «Домик наследника престола» был разобран одновремено с ним.

P. S. Легко увидеть, взглянув на оба рисунка Александровского дворца, что на них изображен один и тот же «садовый фасад». Видимо, он и являлся "парадным".