Сергей Выжевский (dharma_ser) wrote,
Сергей Выжевский
dharma_ser

Categories:

Екатерина II в селе Павловском до и после его основания (по материалам камер-фурьерских журналов)

Село Павловское, как известно, «начато строить в 1777 году». Но мы начнем немного раньше. Летом 1762 года Петр III был свергнут с престола своей супругой, а затем убит. Взошедшая на престол Екатерина II хотела нравиться всем, в том числе родственникам своего сына от убитого императора, и потому вполне логичным был ее визит в Графскую Славянку.


Ф. Рокотов. Портрет Екатерины II. 1763

7 сентября 1763 года в воскресенье по окончании обеденного стола императрица «изволила иметь выход в мызу к Его Сиятельству Графу Мартыну Карловичу Скавронскому... По прибытии туда изволила проходить в покои, и побыв в оных краткое время, потом изволила поехать на охоту; оттуда изволила возвратиться и прибыть в помянутую Его Сиятельства мызу, пополудни часу в 7-м, и кушать вечернее кушанье с находившимися в свите Ея Императорского Величества кавалерами и фрейлинами в 27-ми персонах... По окончании стола Ея Величество соизволила побыть в доме Его Сиятельства несколько времени; потом изволила, при пушечной пальбе, возвратиться и прибыть в Село Царское того ж числа, пополудни в 10-м часу» [1].
Правда, из записи в камер-фурьерском журнале неясно, где охотилась Екатерина. Это могло быть как на территории Славянской или Мозинской мыз, принадлежавших графам Скавронским, так и на территории современного Павловска, через который и проходила в то время Славянская дорога, ведущая к этим мызам.
В последующие шесть лет поездок Екатерины в сторону Павловска по камер-фурьерским журналам выявить не удается. Однако это не значит, что их не было.
Во-первых, как справедливо отмечает Н. В. Бессарабова, «камер-фурьерские журналы за 1760-е годы, в сопоставлении с более поздними журналами, освещают жизнь двора недостаточно подробно» [2]. Не были исчерпывающи они и в последующие годы. Тот же автор установила, что не всегда зафиксированы даже заседания Совета императрицы [3].
Во-вторых, по моим наблюдениям, не всегда фиксировалось начало поездки или прогулки императрицы или других высочайших персон  (есть примеры, когда указано только, что кто-то из них возвратился из поездки, тогда как начало поездки не зафиксировано). Кроме того, анализ записей выявляет тот факт, что фиксировалось, как правило, то куда едет императрица и откуда возвращается в Царское Село. Промежуточные точки маршрута отражались далеко не всегда. Кроме того, нельзя исключать, что из поля зрения камер-фурьеров выпадали утренние прогулки членов высочайшей фамилии.
Очередная достоверно устанавливаемая поездка Екатерины в сторону Павловска происходит в субботу 5 июня 1770 года: «...в 7-м часу пополудния Ея Величество соизволила, в придворном Своем штате, иметь выход в таратайках, для прогуливания, за казенный каменный домик, состоящий от Царского Села в 2-х верстах...» [4]. Казенный каменный домик - не что иное как Белозерский путевой дворец Елизаветы Петровны (будущая дача Малиновского) на будущем Павловском шоссе.
На следующий 1771 год в камер-фурьерском журнале выявлены три записи о поездках в сторону будущего Павловска.
В среду 4 мая Екатерина II в 7-м часу пополудни гуляет в каретах по Славянской дороге [5]. Где она останавливалась, в записи не указано.
В воскресенье 15 мая «Пополудни в 5-ть часов Ея Величество, с дамами, фрейлинами и кавалерами, соизволила иметь выход верхом, для гуляния, во вновь построенный домик, называемый новая будка, от Села Царского в 6-ти верстах; по прибытии в оный, соизволила там кушать кофе; по сем, прогуливаясь близ онаго дома лежащих мест, оттуда возвратилась обратно в Село Царское и прибыть соизволила в исходе 8-го часа» [6].
Будка эта не что иное как домик, который хозяева села Павловского впоследствии назовут «Крак», и благодаря этой записи мы узнаем год его постройки. Отметим также, что предшествующая поездка 4 мая, где домик назван не был, могла быть инспекционной: императрица посмотрела на месте, что получается, и дала последние указания.



Будка императрицы, или домик "Крак"

По всей видимости, «будка» императрице понравилась, еще одно посещение состоялось в среду 8 июня: «А в вечеру (Ея Императорское Величество. - С. В.) соизволила иметь выход, верхом, в домик, называемый новая будка, в расстоянии от Села Царского 6-ть верст, и побыв в оном несколько времени, прибыла обратно в Царское Село...» [7].
Записи в камер-фурьерском журнале 1772 года менее конкретные, и отождествить их с будущим Павловском можно только предположительно.
Так, 1 и 8 мая Екатерина II с дамами и кавалерами совершала «выходы до Славянки» в каретах [8]. Неясно, однако, какая Славянка имелась в виду, ведь помимо Графской Славянки, имелась еще Славянка на Московской дороге (Московская Славянка), и по дороге к обоим можно было свернуть к «будкам» («старой» и «новой»).
Запись от 19 июня дает больше информации: после театрального представления, состоявшегося в 4-м часу пополудни, «...Ея Величество и Его Высочество (Павел Петрович. - С. В.) соизволили с кавалерами иметь выход верхом до деревни Славянки, и возвратясь от 6-й версты, соизволили прибыть в казенный домик и с кавалерами забавляться в карты, потом, на четырех столах иметь вечерний фриштик; а после онаго соизволили возвратиться в Село Царское» [9].
Отметим, что на прогулке императрицы в сторону будущего Павловска впервые присутствует ее сын Павел.
В данном случае, даже если Славянка была Московской, ясно, что после ее посещения последовало продолжение прогулки в другом направлении. Под казенным домиком можно предполагать уже упоминавшийся Белозерский путевой дворец, а на 6-й версте располагалась одна из будок - старая («Крик») или новая («Крак»), которые могли быть объектом посещения. Тем более что на следующий год запись от 1 июня построена очень похоже: «В 7-мь часов пополудни Ея Величество и Его Высочество соизволили со всеми персонами для гуляния следовать по лежащей дороге к Графской Славянке и прибыть в каменный домик, что на Белоозерках, и там с прибывшими персонами кушать холодное вечернее кушанье в 9-ти персонах» [10].
В том же 1773 году состоялись еще две прогулки Екатерины и ее сына Павла, возможно, в интересующем нас направлении: 30 мая они ездили в таратайках «по лежащей дороге к Славянке» [11] и 13 июня гуляли в таратайках в окрестностях Царского Села [12]. Впрочем, первая из этих прогулок вполне могла быть только в Славянку Московскую, а направление второй в камер-фурьерском журнале, к сожалению, не указано. Год этот был для Павла важным: заканчивалось его воспитание, в сентябре он впервые вступил в брак, и мать, отставившая наконец его прежнего воспитателя Н. И. Панина, стремилась восстановить отношения с сыном.
Для полноты картины упомянем состоявшуюся 8 июня поездку Екатерины со свитой в таратайках к Графской Славянке [13].
В 1774 году отмечено одно несомненное посещение Екатериной II одной из будок на территории будущего Павловска. Запись об этом такая. В субботу 17 мая «по полудни 7-го часа в первой четверти Ея Императорское Величество с свитою своею изволила для гуляния иметь выход, в таратайках, от Села Царского верст 6 по Славянской дороге в сторону, в особливый, сделанный в лесу деревянный домик, куда по прибытии, осмотрев положение места и рощи, соизволила иметь вечернее кушанье, откуда соизволила возвратиться и прибыть во Дворец в исходе 9-го часа...» [14]. Ясно, что императрица посетила одну из своих будок. Павел Петрович и его первая супруга Наталья Алексеевна на этой прогулке не присутствовали. Они в это время находились в Санкт-Петербурге.
Следующий 1775 год иногда упоминается в литературе как год, когда земли под будущий Павловск были выписаны в удел Павлу Петровичу [15]. Но камер-фурьерский журнал это не подтверждает. Почти весь год большой и малый двор провели в Москве и ее ближайших окрестностях. Вряд ли за феерией праздников в подмосковных городах и усадьбах нашлось время решать вопросы о выделении Павлу Петровичу куска земли под Петербургом.
А дальше молодую семью ожидает трагедия. 15 апреля 1776 года умирает великая княгиня Наталья Алексеевна вместе с неродившимся ребенком. И Екатерина едва ли не в тот же день начинает хлопотать о новом браке.
Через шесть недель новая кандидатура была согласована. 13 июня Павел Петрович отправляется в Берлин для знакомства с невестой, а несколько успокоившаяся мать возвращается к своему привычному распорядку.
17 июня в пятницу «пополудни в 6-м часу в исходе, Ея Императорское Величество с находящимися в свите обоего пола персонами изволила с небольшою свитою прогуливаться по Славянской дороге во увеселительные домы, в одноколке с девицею Левшиною, а прочие кавалеры в тарантасах, откуда обратно изволила прибыть в 8-м часу в исходе, проходя во внутренние покои» [16].  В данном случае «Крик» и «Крак» (а это несомненно они) названы просто увеселительными домами.
Пышная свадьба Павла Петровича состоялась в сентябре. Его второй супругой стала вюртембергская принцесса София Доротея Августа Луиза, принявшая в православии имя Марии Фёдоровны.
В записях камер-фурьерского журнала 1777 года, как ни странно, совсем не упоминается место, где был основан Павловск. Подозревать можно только не привязанную ни к какой местности прогулку от 29 июля, когда Екатерина с сыном и невесткой «изволила следовать для гуляния около лежащих села Сарскаго мест, а потом по большому пруду в ботиках» [17]. Впрочем, как мы уже отмечали, в журнале отмечены далеко не все события.
Трудно предположить, что на следующий 1778 год Екатерина II не проинспектировала строительство новой великокняжеской резиденции в селе, которое затем стали называть Павловским. Такая поездка вполне могла состояться во вторник 5 июня в 8 часов вечера, когда императрица «в таратайке  с некоторыми персонами изволила для гулянья следовать около лежащих мест села Сарскаго и возвратиться в 10 часов» [18].
Первое достоверно зафиксированное посещение Павловского села его хозяевами Павлом Петровичем и Марией Фёдоровной состоялось в субботу 28 июля в 7-м часу вечера: «В то ж самое время Их Императорские Высочества прибыть изволили из Красного села в Царское село и не быв в покоях изволили шествовать в собственные Свои домики, состоящие от Царского села в пяти верстах и там кушать вечернее кушанье» [19]. Собственные свои домики - домик Его Высочества и домик Ее Высочества впоследствии получили имена «Мариенталь» и «Паульлюст».
В конце июля и в августе в камер-фурьерском журнале зафиксировано еще четыре посещения хозяевами «домиков» на Славянке. А 27 августа состоялась официальная их презентация.
«В понедельник, по полудни, в начале 1-го часа, Ея Императорское Величество Совета с членами и с находящимися в свите персонами, из села Сарскаго изволила иметь шествие в каретах во вновь построенные домики Их Императорских Высочеств. / И прибыв, во первых в домик Ея Императорского Высочества («Паульлюст». - С. В.), до обеденного кушанья изволила Ея Императорское Величество играть в карты и приглашены следующие: / 1. Графиня Прасковья Александровна Брюсова. / 2. Граф Никита Иванович Панин. / 3. Князь Григорий Александрович Потемкин. / 4. Граф Иван Григорьевич Чернышев. / 5. Иван Иванович Шувалов. / 6. Князь Николай Васильевич Репнин. / 7. Граф Иван Андреевич Остерман. / 8. Князь Федор Сергеевич Барятинский. / 9. Иван Николаевич Римской-Корсаков.
После игры, в том же упомянутом домике, Ея Императорское Величество и Их Императорские Высочества обеденное кушанье изволили кушать с находящимися обоего пола персонами, на 41 куверте.

После стола изволила Ея Величество несколько времени прогуливаться около лежащих увеселительных мест. / По возвращении в покои села играть в карты с вышепомянутыми персонами.
В начале 6-го часа, Ея Императорское Величество, с Их Императорскими Высочествами и со всею свитою, изволила следовать в домик Его Императорского Высочества
(«Мариенталь». - С. В.), где представлена была французская опера-комик, после сего представлен был небольшой фейерверк. После фейерверка был ужин.
В вечеру, в 10 часов, Ея Императорское Величество и Их Императорские Высочества изволили отбыть в село Сарское, и по прибытии следовать во внутренние апартаменты»
[20].



Мариенталь. 1779

Этой презентацией завершился летний сезон 1778 года в Царском Селе. На следующий день большой и малый двор вернулись в Санкт-Петербург.
1779 год также стал очень важным для устройства нового Павловского села. Собственность новых владельцев начинает оформляться юридически.
«1779 года апреля 8 дня конторе Царскосельской от господина генерал-майора и ковалера Кошкина [21] объявлено имянное Ея Императорского Величества изустное повеление, чтоб “деревню Линну, Кузнецы или Рысь-Кабачок от оброку уволить, а вместо того ходить предсказанных деревень крестьянам на работу в домики их императорских высочеств государя великого князя и государыни великой княгини”» [22]. В «Истории Села Царского» И. Ф. Яковкин цитирует это же распоряжение немного иначе: «Высочайше повелено, 779 года Апреля 8 дня, чтобы Маймистов деревень Линны и Кузнецов или Рискабачка уволить от всяких работ в Селе Царском, а употреблять их для садовых работ при домиках Их Императорских Высочеств при речке Славянке построенных» [23]. Из этого распоряжения ясно, что указанные деревни до сих пор относились к земельным владениям императрицы.
Но вернемся к камер-фурьерским журналам. В записи от 4 июня 1779 года сказано, что в этот день Екатерина II гуляла в таратайках по Колпинской дороге и изволила «проезжать к домикам Их Императорских Высочеств» [24]. Цель поездки выясняется у Яковкина: 6 июня он фиксирует «Обмеживание земель бывших деревушек Линны и Рискабачка или Кузнецов для отдачи к Павел-люсту и Мариенталю» [25].
Результатом обмежевания становится «Генеральный план увеселительных домов Паульлуста и Мариенталя с окружающим местоположением в длину на две с половиной версты а в ширину на одну версту. Снят геометрически 1779 года» [26]. Другой сохранившийся документ впервые фиксирует площадь новой усадьбы: «По учинённому в том же году плану, землям принадлежащим Павловскому имелось всей вообще генеральной площади 362 десятины 2302 кв. сажени» [27].
И в этом году императрица не обошлась без большого посещения.
Во вторник 30 июля «в 4 часа, Их Императорские Высочества предприняли шествие из Села Царскаго в домики.
Потом, в 6-ть часов, в домики ж, соблаговолила возъиметь шествие Ея Императорское Величество с обретающимися в свите фрейлинами и кавалерами... Ея Императорское Величество по прибытии к домику Ея Императорского Высочества Государыни Великой Княгини, встречена у кареты Их Императорскими Высочествами и прибывшими прежде в домики знатными обоего пола особами, и во первых следовала Ея Императорское Величество в верхние покои, а потом с Их Императорскими Высочествами шествовать изволила в новоразводившийся, при том домике сад, и гуляя в разных местах, до исхода 9 часа, обратно прибыть изволила в домик и прошла в верхние ж покои.
В 9 часов, в нижнем зале, приуготовлен был вечерний стол, за которым соблаговолить изволила Ея Императорское Величество присутствовать с Их Императорскими Высочествами и с знатными и придворными обоего пола особами на 33-х кувертах.
Во время стола, Их Императорские Высочества пить изволили за Высочайшее здравие Ея Императорского Величества и притом, из имеющихся в том домике небольших пушек, производилась пальба.
После вечернего стола, Ея Императорское Величество, оказав гостеприимцам Высочайшее Свое благоволение, потом благоволить соизволила отсутствовать в Царское Село, и по прибытии ко оному, пред полуночью во 11-м часу, шествовать изволила во внутренние свои апартаменты
» [28].
И эта поездка не осталась без последствий. В приложениях к камер-фурьерскому журналу за 1779 год напечатано письмо А. А. Безбородко к А. В. Олсуфьеву от 2 августа: «Ея Императорское Величество весьма желает найдти серебряный столовый сервиз для Ея Императорского Высочества ко употреблению в недавно построенном домике Ея близ Царского Села. Намерение Ея Величества не то, чтоб сей сервиз был нарядный и богатый, но чтоб простая и гладкая работа отвечала месту, где он употребляем будет. Величину его полагает Ея Величество на двадцать четыре прибора, желая, чтоб для десерта потребныя штуки вызолочены были; цену думает быть довольную тысяч в десять рублей. Ея Величество считает, не можно ли купить подобный сервиз готовый у наших или чужестранных, и особливо зная, что Граф Кауниц скоро едет в отпуск. Я буду ожидать отповеди Вашей на сие, пребываю» [29].
К сожалению, в документах не сказано, был ли куплен сервиз и какой.
В 1780 году большая поездка в Павловское случилась во вторник 18 августа. Императрица вместе с приближенными выехала из Царского Села в полшестого вечера в нескольких каретах, взяв с собой внуков Александра и Константина. Последнего вскоре пришлось вернуть, вероятно, ребенок закапризничал.
Хозяева встретили гостей в «Паульлюсте», погуляли в парке, а затем сели обедать. Однако маленький Александр Павлович, впервые посетивший поместье своих родителей, на обед уже не остался, вместе с воспитательницей Софьей Ивановной Бенкендорф он вернулся в Царское Село. Сама же императрица вернулась обратно в 10 часов вечера [30].
В 1781 году посещений села Павловского Екатериной не зафиксировано. В сентябре Павел Петрович и Мария Федоровна отправляются в заграничное путешествие. Строящаяся усадьба остается на попечение Екатерины II. И, конечно же, она ее инспектирует [31].
Первая такая поездка состоялась в пятницу 29 апреля 1782 года и продолжалась около двух часов [32], вторая, более длительная - в субботу 28 мая: «По полудни в 7-м часу, Ея Императорское В изволила с обретающимися в Свите фрейлинами и кавалерами иметь выход прогуливаться в каретах к селу Павловскому, а от онаго, проезжая на Московскую дорогу к Царскому селу, лежащую от Славянки; по прибытии обратно в 3-м часу к подъезду» [33].
Как видим, вторая поездка описана очень кратко, но мы имеем возможность услышать о ней от ее непосредственных участников.
Начнем с императрицы. 2 мая 1782 года она писала путешествующим по Италии Павлу Петровичу и Марии Фёдоровне: «Третьего дня я прокатилась в Павловское... Подъехавши к калитке сада, я вышла из кареты и взошла на гору по тропинке. Подошедши к дому («Паульлусту». - С. В.), я вошла и нашла комнаты и мебель очень чистыми и весьма хорошо содержимыми. На дворе выкапывают фундаменты нового дома и флигеля с левой стороны (Большого дворца. - С. В.). Из дома мы отправились к Руине по дороге, идущей вдоль горы, а отсюда по дороге, только что проведённой... сошли с горы очень близко Храма (Дружбы. - С. В.) строимого Камероном. Эта постройка почти окончена и внешний вид её очень красив... Вода в реке очень низка, потому что опасения, по случаю таяния снегов, мешали закрыть шлюзы. Оттуда мы, через мост (там, где сейчас Черный мост, именно там были шлюзы. - С. В.), проходя мимо Каскада неспущенного (обозреваемого с Горбатого мостика. - С. В.)... отправились в (Старое. - С. В.) Шале, которое нашли чистым и хорошо содержимым. Там я села и нашла вид оттуда очень приятным; заметьте, что лужайки ещё не зелены и что нет ещё ни листочка. От Шале мы пошли по дороге, проходящей по опушке леса, и осматривали Колоннаду (Аполлона. - С. В.), которую уже начали работать. Оттуда прошла к колонне, на которую поставят Флору... У новых (Царскосельских. - С. В.) ворот, которые ставят при выходе с лужайки на большую дорогу, мы прошли меж материалов и сели в кареты, побродив порядочных два часа, полазивши по всем покатостям, крутым и не крутым, и уставши до смерти; мы сказали: жалко, что нет хозяев, они бы заставили нас побольше побегать и показали бы нам вещи в более приятном виде, а теперь, как их нет, всё выглядит так печально и пусто, что у меня сердце сжалось. Возвращайтесь же скорее, хотя бы для того, чтобы снять с Павловского этот грустный вид... Прощайте, милые дети! Обнимаю вас» [34].
Вслед за императрицей 4 мая 1782 года отправил письма в Италию К. И. Кюхельбекер - первый управляющий Павловской усадьбой. Вот что он писал Марии Фёдоровне: «30 апреля / 11 мая Её Величество Императрица посетила Павловск около 6 часов вечера в сопровождении свиты обер-камергера [И. И. Шувалова], камергера графа [А. С.] Строганова, [камергера А. Ю.] Нелединского, генерала [А. Д.] Ланского, г-на [П. И.] Турчанинова, нескольких дам и др. кавалеров.
Когда я пришёл, Императрица находилась в доме Вашего Имп. Высочества («Паульлусте». - С. В.), из которого она вышла в сторону сада и пошла по дороге к руине. От руины Императрица хотела пойти направо к Храму, где ещё не сделана дорожка, я сказал об этом Курдюкову
(гоф-фурьеру. - С. В.), следовавшему с несколькими кавалерами за Императрицей, которая вместо дороги, что ведёт к Храму, продолжала выбранный ею путь...
Императрица побывала у Храма, оттуда она пошла по дороге к  Каскаду... Она остановилась ненадолго у Каскада и отправилась к Шале, задавая мне время от времени кое-какие вопросы. Её Имп. Величество остановилась у Шале, задала несколько вопросов о Колоннаде, где она побывала, и вышла на дорогу со стороны границы сада. Переправившись у Колонны, справа у входа, Е. И. В. последовала на дорогу и к тому месту, откуда она приехала...»
[35].
Как видим, императрица подробно вникала во все детали строительства и доносила свои впечатления невестке и сыну, которые возвратились из путешествия в Петербург только в самом конце осени и смогли увидеть изменившийся Павловск только новой весной, когда двор опять переехал в Царское Село.
Впрочем, к этому времени Павловский дворец был едва подведен под крышу и даже неоштукатурен, что создавало определенные сложности для посещения как дворца, так и находившегося у его стен «Паульлюста».
В субботу 27 мая 1783 года Екатерина заехала в Павловское проездом через Славянку (вероятно, Московскую) поговорить с невесткой и сыном, при этом она не выходила из фаэтона [36], а 30 мая во вторник вместе с внуками Александром и Константином отбыла из Царского Села в Павловское к обеденному столу. «...По прибытии встретили Ея Величество Их Высочества Государь Цесаревич и Государыня Великая Княгиня, и обще потом изволили гулять в тамошнем саду, где тогда в разных местах играла музыка, а по возвращении из сада благоволила Ея Императорское Величество с Их Императорскими Высочествами в Мариндале («Мариентале». - С. В.) иметь вечернее кушанье, послеж стола в 10-м часу вечера изволила прибыть в Село Царское. А потом, в вечеру-ж, в 11-м часу, прибыли и Их Императорские Высочества ГЦ и ГВК, из села Павловского, в Царское Село» [37].
Выбор «Мариенталя» для вечернего стола, несомненно, был обусловлен строительством Большого дворца, продолжавшимся около «Паульлюста». Впрочем, и сами хозяева в эти годы приезжали в Павловское ненадолго и редко оставались здесь ночевать, предпочитая жить, как и прежде, в Царскосельском дворце. Об этом наглядно свидетельствуют многолетние записи в камер-фурьерских журналах.
Этим исчерпываются поездки Екатерины в Павловское село, имеющие хоть сколько-нибудь подробные описания. Камер-фурьерские журналы за последующие годы скупо фиксируют прогулки императрицы в Павловское село, мимо Павловска, а с 1789 года - мимо Александровой дачи. Пожалуй, не было года, когда такие поездки отсутствовали.
Единственным исключением, на которое проливают свет документы, является печальное событие в императорской фамилии. 25 августа 1791 года при дворе был наложен траур по случаю смерти находившегося на юге в армии Потёмкина Карла Вюртемберг-Штутгартского, младшего брата Марии Фёдоровны, приключившейся 13 августа от горячки. Одновременно Екатерина набросала трогательную записочку, полученную в Павловском в тот же день: «Пишу вам, любезныя дети мои, это письмо с грустью и сокрушением сердечным о печальном положении, в котором, как предвижу, находится моя любезная дочь. Живо чувствую ея горе, принимаю в нём искреннейшее участие и надеюсь, что оно не повредит ея здоровью, о котором прошу ея прилагать возможное попечение. Отправляю это письмо и посланого нарочно за тем, чтобы осведомиться о состоянии ея здоровья. Прощайте, любезныя дети; обнимаю вас от всего сердца и детей ваших также» [38].
Однако письма оказалось мало. На следующий день 26 августа Екатерина, хорошо зная чувствительность невестки, примчалась из Петербурга в Павловское, чтобы утешить Марию Федоровну: «...По прибытии в Павловск, присутствовав несколько времени Ея Императорское Величество у Их Императорских Высочеств Государя Цесаревича и Государыни Великой Княгини и продолжая между тем разговор, потом благоволила отсутствовать из Павловского и шествовать в Санкт-Петербург...» [39].
Приезд матери растрогал Павла Петровича, и он писал ей 27 августа: «Счастье видеть вас у себя, как вы приехали сюда; ваша доброта охватили меня, наполнили довольством, удовлетворением. Я проливал слёзы чувствительности, и все окружавшие меня предметы, казалось, отражали на мне то, что я испытывал; одним словом, вы сделали меня очень счастливым. Чтобы сделать моё довольство ещё более полным, я желаю узнать, что вчерашняя поездка ничем не обеспокоила ваше величество» [40]. Процитировавший это письмо Н. К. Шильдер намекает, что это лицемерие, но в то же время не приводит повода, который вызвал написание Павлом этого письма, что ставит под сомнение его объективность как историка.
Размолвки с сыном (возможно, мнимые) в последние годы жизни императрицы нисколько не повлияли на ее желание посещать Павловское. Последние зафиксированные камер-фурьерскими журналами поездки 23 мая и 30 июня 1795 года [41], а также 23 мая 1796 года: «из саду у решетки железной, потом на Павловскую дорогу и вокруг Александра Павловича дачи и мимо Софии к Гатчинским воротам» [42].




[1] Журналы камер-фурьерские 1763 года. Церемониальный, банкетный и походный журнал 1763 года. - СПб., б/г. - C. 192.
[2] Н. В. Бессарабова. Царское Село как официальная резиденция Екатерины Великой // Царское Село на перекрестке времен и судеб. XVI Царскосельская научная конференция. Сборник научных статей. Часть первая. - СПб., 2010. С. 64.
[3] Там же, с. 72.
[4] Церемониальный камер-фурьерский журнал 1770 года. - [СПб.,], б/г [185?]. - С. 112.
[5] Камер-фурьерский журнал 1771 года. - СПб., 1857. - С. 161.
[6] Там же, с. 169.
[7] Там же, с. 191.
[8] Камер-фурьерский, церемониальный, банкетный и походный журнал 1772 года. - [СПб.], б/г [185?]. - С. 138, 146.
[9] Там же, с. 207-208.
[10] Камер-фурьерский церемониальный журнал 1773 года. [СПб.], б/г. - С. 239.
[11] Там же, с. 235.
[12] Там же, с. 269.
[13] Там же, с. 255-256.
[14] Камер-фурьерский церемониальный журнал 1774 года. - СПб., 1864. - C. 241-242.
[15] См.: Городские поселения в Российской империи. - Т. 7. - СПб., 1864. - С. 605; [Семевский М. И.] Павловск. Очерк истории и описание. 1777-1877. - СПб., 1877. - С. 467.
[16] Камер-фурьерский церемониальный журнал 1776 года. - СПб., 1880. - С. 353.
[17] Камер-фурьерский церемониальный журнал 1777 года. - СПб., 1880. - С. 629.
[18] Камер-фурьерский церемониальный журнал 1778 года. - СПб., 1882. -  С. 326.
[19] Там же, с. 474.
[20] Там же, с. 530-531. Из этой записи мы узнаем, что зал для театра (до постройки Театра возле Тройной липовой аллеи в 1794 году) находился в «Мариентале». Именно в нем в 1780-е годы ставились оперы Д. С. Бортнянского, написанные для малого двора.
[21] А. П. Кашкина, главы Конторы вотчинного правления Царского Села.
[22] РГИА. Ф. 493. Оп. 1. № 1089. Л. 1.
[23] История Села Царскаго, в трех частях, составленная из дел архива правления Села Царскаго Ильею Яковкиным. Часть третья. - СПб., 1831.
[24] Камер-фурьерский церемониальный журнал 1779 года. С 1 января по 1 июля. - СПб., 1883. - С. 248.
[25] И. Ф. Яковкин. Царскосельский летописец // Отечественные записки. Часть тридцатая. - СПб., 1827. - С. 425.
[26] Вместе с обмежеванием начинается юридическое оформление подарка земель под Павловск Павлу Петровичу и Марии
Федоровне. По сведениям, сообщаемым Яковкиным, оно завершилось в 1787 году, когда «Июля 28-го. Высочайше подписаны и представлены Их Высочествам планы: 1) на землю принадлежавшую прежде деревушке Рис-Кабачку, где построен Мариенталь, 2) на землю принадлежавшую деревушке Линне, где построен Павел-люст» (История Села Царскаго, в трех частях... Часть третья. - СПб., 1831. - С. 59.).
[27] РГИА. Ф. 493. Оп. 1. № 1089. Л. 1.
[28] Камер-фурьерский церемониальный журнал 1779 года. Второе полугодие. - СПб., 1884. С. 357-359.
[29] Алфавитный указатель, дополнения и приложения к Камер-фурьерскому журналу 1779 года. - С. 53.
[30] Камер-фурьерский церемониальный журнал 1780 года. - СПб., 1888. - С. 609-612.
[31] Напомним, что работавшие в селе Павловском в это время архитекторы Ч. Камерон и Дж. Кваренги состояли на службе Екатерины II, платившей им фиксированное договором жалованье.
[32] Камер-фурьерский церемониальный журнал 1782 года. - СПб., 1882. - C. 186-187.
[33] Там же, с. 234.
[34] Бумаги из архива дворца в г. Павловске. - СПб., 1872. - С. 145-147.
[35] «Благосклонный к вам Павел...». Переписка графа и графини Северных с К. И. Кюхельбекером. 1781-1782 // Наше наследие. - 2003. - № 66.
[36] Камер-фурьерский церемониальный журнал 1783 года. - СПб., 1882. - С. 227.
[37] Там же, с. 234-235.
[38] Императрица Екатерина II. Исторические материалы, хранящиеся в Библиотеке дворца города Павловска // Русская старина. - 1873. - Т. VIII. - С. 881.
[39] Камер-фурьерский церемониальный журнал 1791 года. - СПб., 1890. - С. 571-572.
[40] Н. К. Шильдер. Император Павел Первый. Историко-биографический очерк. - СПб., 1901. - С. 242.
[41] Камер-фурьерский церемониальный журнал 1795 года. - СПб., 1894. - С. 439-440, 529-530.
[42] Камер-фурьерский церемониальный журнал 1796 года. - СПб., 1896. - С. 434-435.
Tags: "Крак", "Крик", Екатерина II, Мариенталь, Мария Федоровна, Павел Петрович, Павловск, Сергей Выжевский
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 0 comments