Сергей Выжевский (dharma_ser) wrote,
Сергей Выжевский
dharma_ser

Categories:

Воспоминания о старом Павловске Б. В. Януша. Часть 9

Часть 1
Часть 2
Часть 3
Часть 4
Часть 5
Часть 6
Часть 7
Часть 8

Помню, года за два-три до войны я заглянул в игрушечный магазин на Красных Зорь - он находился в деревянном двухэтажном доме на месте, где в 1959 году построили дом № 12. Собственно говоря, в этом маленьком и тесном магазинчике продавалось всё: и игрушки, и книги, и канцелярские принадлежности, и фото-спорт товары. Этот магазин я и Юрий Петров - мой товарищ, посещали часто. И вот вижу я, что там продаются разборные фабричные финки, стоили они 100 рублей. Конечно, я не верил, что мама мне их купит, слишком дорого, а бюджет нашей семьи был весьма скромен - служил один отец, и я всё это отлично понимал. Но всё же... А вдруг... Неожиданно мне помог дедушка, Георгий Николаевич. Он тоже не имел капитала и жил на средства, которые зарабатывал, будучи ночным сторожем на Опытной плодово-ягодной станции, но решил мне сделать подарок на память из своих скромных сбережений. Он так и сказал: я скоро умру, и пусть это будет тебе память обо мне. Итак, я стал владельцем великолепных финок, с которыми не расставался всю зиму. На лето я их разбирал и аккуратно укладывал на чердаке, там их застала война, там они, по-видимому, погибли во время пожара, но память о них осталась на всю жизнь. А дедушка... я его любил и помню до сих пор и так, хотя с этим подарком связаны очень приятные ассоциации. Теперь вместе с ребятами я ездил по улицам и с горок на своих финках.
Помнится, году в 1938-м на единственной улице Павловска, Красных зорь, от Революции до Медвежьего переулка было сделано уличное подвесное освещение. В вечернее время, как нам казалось, она была буквально залита светом и туда с наступлением темноты выходили жители близлежащих улиц, чтобы погулять, а ребята катались на санках и финках. Хорошо и уютно было тогда в нашем Павловске с морозцем и белым искрящимся снегом.
Как я уже неоднократно писал, повседневной жизнью подрастающего поколения тогда никто не занимался, не было у нас денег, да и в магазинах, кроме мячиков, ничего для игр не продавалось. Вот и мастерили юные умельцы сами себе разные устройства. Например, делали сани на коньках. Из досок сколачивали щит-платформу, сзади к ней по краям прибивали гвоздями два конька, а впереди шарнирно с помощью болта или гвоздя крепилась поворотная планка с перекладиной, к планке же прибивался рулевой конёк. Таким образом получалась трёхопорная система. Один из ребят, обычно постарше, ложился на платформу и держался за рулевую перекладину, а несколько человек поменьше садились ему на спину, и весь этот «агрегат», управляемый первым коньком, мчался под гору. Бывало не справится с управлением рулевой, и всё это нагромождение летит куда-нибудь в сугроб, но было весело...

***

Сейчас слово «лотошник» никому ничего не говорит, а до войны в Павловске такие люди торговали конфетами. Сидит бывало где-нибудь на уголке старичок или старушка, а рядом плоский ящик с отделениями, закрытый сверху застеклённой крышкой. В отделениях лежат разные конфеты с разной ценой за штуку, и покупались они поштучно. Взрослые у лотошников конфеты покупали редко, а вот ребята любили. Главное всё перед глазами и ясно - сколько и за сколько. Одной из самых дорогих была шоколадная конфета «Аврора», за 20 копеек, а вот подушечки или ириски - совсем дёшево, их на 20 копеек можно было купить несколько штук. Не знаю, на каких правах торговали эти люди, но товар их был с приличной наценкой. Долгое время такой лотошник торговал на углу Красных Зорь и Медвежьего переулка у бывшего дома Дробиш.


Справа на углу видная часть дома Дробиш

Я часто у него покупал конфеты на деньги, которые мне давала мама или кто-нибудь из родных. Были такие же торговцы и в других местах, не очень много, но были. Только позже мы стали понимать, что покупать конфеты у лотошников невыгодно. Однажды мне мама дала 20 копеек, и я в ларьке на площади у станции Павловск I купил на вес халву, её было так много, что я едва осилил и с тех пор предпочитал покупать конфеты в магазинах.



Бывший дом купца Коковашина. 1938


Бывший ддом купца Коковашина. Угол с Конюшенной (Красных Зорь) улицей и фасад по Песчаному переулку. 1950-е

А вот на углу Песчаного переулка (Розы Люксембург) и Красных Зорь около бывшего дома Коковашина (Красных Зорь, дом № 8) в летнее время часто торговали мороженым. Это место было людное, рядом несколько магазинов. В самом доме было два магазина: продовольственный с входом с Красных Зорь и галантерейный, в котором также продавали материю и одежду - вход в него с угла, а со стороны Песчаного переулка находилась парикмахерская, в которой работал известный в Павловске мастер по фамилии Журавлев. Недалеко в других домах помещались булочная, керосиновая, аптека (в доме Жукова, Красных Зорь № 13) и другие магазины.


Аптека (современный адрес перестроенного дома: Конюшенная № 13)

Но вернёмся к мороженому. В то время не было стаканчиков и трубочек, а эскимо продавались в Ленинграде и в пригородных поездах, прямо в вагонах ходили с ящичками продавцы и всем предлагали без всякой очереди. В Павловске же торговля шла по своему...

Привозил на угол дяденька двухколёсную тележку с деревянным синим ящиком на ней, закрытым крышкой. Под крышкой находился лёд и в нём несколько металлических цилиндров с мороженым, закрытых также металлическими крышками. Лежали у него плоские круглые вафли с рельефными рисунками и каким-нибудь именем на каждой. Вафли по диаметру были двух размеров. Процедура продажи такая: в специальную форму вкладывалась вафля, затем ложкой намазывалось мороженое и сверху накладывалась другая вафля, а потом всё это выталкивалось специальным толкателем и вручалось счастливому покупателю. Мороженое было жёлтое, вкусное и очень ароматное, сейчас при фабричном изготовлении такого не бывает. Купить можно было маленькую порцию за 20 копеек и большую за 40. Бывало идут от мороженщика ребята по улице, держат за вафли своё мороженое и лижут языком его сбоку, вкусно...
На некоторых углах в городе были установлены пивные ларьки, торговали там и пивом, и квасом, причём квас был хлебный и реже клюквенный - такой красненький кисло-сладкий, очень приятный особенно в жару. Стоял такой ларёк на углу Медвежьего переулка и Красных Зорь, около забора нашего сада (почти там, где теперь находится вход в городскую библиотеку). Ларьки эти не отличались архитектурной выдумкой, не было в них ни стекла, ни металла. Сколоченные из досок и фанеры, украшенные массивными брусьями и выкрашенные немыслимой масляной краской, они не создавали особый павловский колорит. Собирались около этих ларьков выпивохи, но не так часто и не в таком изобилии, как теперь. Бывали у них и крупные разговоры и даже порой хватались за грудки, но того, что происходит у пивных ларьков и винных магазинов теперь, не было. Не лезли они в дома и сады. Сейчас бы наш сад, расположенный рядом с ларьком, был бы непременно оккупирован пьяницами, которые там устраивали оргии под сенью кустов или деревьев. Но тогда... Все участки были ограждены заборами, и эти ограды считались границами дозволенного, никто никогда, пожалуй, кроме мальчишек, не переступал их. Была какая-то культура, уважение, что ли, к чужому.

***

С годами менялся и состав жильцов нашего дома: уезжали одни, приезжали другие, некоторые же обосновывались в доме довольно прочно.
Примерно году в 1933-м въехали в бывшую дачную квартиру из двух маленьких комнат на нашей лестнице муж и жена: Александра Григорьевна Чудакова и Николай Ильич Жилкин. Тётя Шура, как я называл её, не работала, а Николай Ильич был в должности начальника Коммунального треста Горсовета. Находилось это учреждение в бывшей даче, расположенной в глубине участка между Садовой улицей и Пиковым переулком. Сейчас нам известно, что на этом месте когда-то была дача балетмейстера Ле-Пика - отчима К. И. Росси. Возможно, предвоенная постройка и была тем домом, но перестроенным более поздними хозяевами (сейчас на этом месте стоянка экскурсионных автобусов). Я с тётей Шурой в этом доме бывал, но помню его смутно.
Николай Ильич - крупный мужчина высокого роста, позже занимал должность председателя линейного суда на железнодорожном транспорте. Как-то наши семьи сдружились, и я часто бывал в их квартире. Там я познакомился с некоторыми «новинками», о которых раньше не имел никакого представления. Так как Николай Ильич был большим начальником в масштабах Павловска, у него в квартире установили телефон. Хотя телефонные аппараты и раньше мне приходилось видеть, разговаривать с помощью этого средства связи не удавалось и довелось только здесь. Не сказал бы, что телефон произвёл на меня ошеломляющее впечатление, но говорить было занятно. Просуществовала эта связь у них недолго, Николая Ильича перевели на другую работу и аппарат сняли. Другое, на сегодняшний взгляд более мелкое, на меня произвело гораздо большее впечатление, чем телефон - это авторучка. Николай Ильич показал мне её и дал подписать - я был очарован, хотя писать умел едва-едва. Это была одна из первых авторучек, освоенная советской промышленностью. Сейчас на неё и смотреть бы никто не стал - грубая, толстая, но тогда... Для меня стало мечтой иметь такую ручку, хотя писать ею мне ровным счётом было нечего. Я с Юрой Петровым частенько ходил в магазин на Красных Зорь и любовался «вечными ручками», как их тогда называли. Спустя несколько лет, когда я уже учился в школе, не помню, по какому случаю, папа мне купил такую ручку за 12 рублей. Это были большие деньги, а для меня большое счастье. Писать ручкой мне почти не приходилось, в школе запрещалось, дома нечего. Недолго владел я ею, таская для чего-то на улицу, и то ли потерял, то ли у меня её украли. Жаль... Вскоре моя крёстная незадолго до праздника Пасхи, мы тогда были у неё в гостях, у меня спросила, какой подарок к празднику я бы хотел иметь? Ответ был - вечную ручку. Тогда она вынула из письменного стола две заграничные красивые ручки и предложила мне выбрать. Одна была дамская оранжевого цвета с колечком для цепочки и золотым пером, другая мужская, чёрная, более тонкая с держателем. Я выбрал первую и стал её обладателем. Такой не было ни у кого. Однажды я даже взял её в школу, и учительница увидела, но отобрать не решилась, такая ручка была шикарная и необычная. Она сказала, чтобы я её убрал и в школу больше не приносил.

Продолжение
Tags: Б. В. Януш, Воспоминания о старом Павловске, Конюшенная улица, Павловск, улица Красных Зорь
Subscribe

  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 0 comments